 Трудно найти женщину, которая не любит или не носит ювелирных украшений. Их покупают и из любви к красоте, и отдавая дань моде, и вкладывая сбережения. Но те драгоценности, о которых пойдет речь, служили в первую очередь одной цели: показать высокое положение своей хозяйки, являясь бесценными произведениями высочайшего ювелирного искусства.
Это драгоценности поистине царские во всех смыслах этого слова. Задача их – демонстрировать пышность и великолепие царского двора, его высокое положение. Неудивительно, что иностранцы в шестнадцатом веке не находили слов от изумления при виде царицы Ирины Федоровны Годуновой, жены царя Федора Ивановича. На официальные приемы царица выходила в одежде, расшитой жемчугом, алмазами, сапфирами,
 карбункулами (пироп, гранат) и другими драгоценными камнями. Венец (корона) разделен был на двенадцать зубцов, символизирующих двенадцать апостолов, и также украшен драгоценными камнями: жемчугом, алмазами, топазами, аметистами и сапфирами. К венцу крепились тройные рясы (подвески-цепи), покрытые изумрудами. Кроме венца на голове царицы была надета диадема; на шее – цепь (монисто) с нанизанными украшениями. Кроме этих украшений обычно носили перстни (жиковины), браслеты (зарукавья, обручи), серьги (колты, орлики), запоны (бляхи или застежки, прототипы брошей). Украшения не только надевали, но и пришивали, пристегивали, накладывали, например, золотые и серебряные пуговицы; их украшали эмалью, драгоценными камнями, а для самых парадных одежд делали пуговицы из сверленых драгоценных камней. Вообще пуговицы пользовались такой популярностью
 при дворе, что их не успевали делать кремлевские мастера, поэтому приходилось заказывать пуговицы у торговых людей в Серебряном ряду. В восьмидесятых-девяностых годах чеканные и сканные пуговицы все чаще сменяются гладкими, а затем и шелковыми. Стоимость пуговиц зачастую была выше, чем стоимость одежды (даже шуб), на которую они нашивались.
Серьги и перстни – одни из самых древних украшений на Руси. В XVI и XVII столетиях перстни были массивными, литыми, большей частью украшенными белой, желтой, черной, зеленой и голубой эмалью. Часто встречаются в перстнях четырехугольные изумруды, рубины, сапфиры и алмазы. Среди перстней, купленных в 1845 году Оружейной палатой у Суздальско-Покровского монастыря, хранятся золотой перстень с хрусталем, принадлежавший царице Елене Петровне Шуйской, и с четырехугольным сапфиром - дочери Бориса Годунова Ксении.
 Серьги в те времена носили и женщины, и мужчины, причем у женщин они иногда крепились к головному убору. В связи с высоким спросом на серьги среди серебряных дел мастеров выделились мастера-сережники. Особенно популярны были серьги-одинцы, двойчатки и тройчатки, которые назывались так по количеству прикрепленных к толстой проволоке одного, двух или трех стерженьков с нанизанными на них стеклянными, серебряными бусинками, сверлеными камнями, кораллами, жемчугом и небольшими литыми серебряными цилиндриками с орнаментом.
С XV века появляются золотые и серебряные булавки (заноски), которыми закалывали на голове убрус (платок). У царицы Евдокии Лукьяновны, бабки Петра I, были три золотые булавки, хранившиеся в «Государевой Большой Шкатуле», а «в них по зерну гурмышскому по большому» (жемчуг). жемчуг был не только привозной, но и свой, русский. Впервые жемчуг на Руси упоминается в десятом веке. В XIII-XVIII в.в. он был излюбленным камнем для украшения одежды, женских головных уборов, церковной утвари и одеяний, а также предметов обихода. Особенно ценился новгородский
 жемчуг, добывавшийся в реках Северо-Западной Руси, однако варварская добыча истощила запасы раковин-жемчужниц к концу XIX столетия. В духовной грамоте великого князя Василия Ивановича 1509 года значатся «серги тройни, яхонты сини и лалцы з зерны з Гурмышскими и с Новгородскими» (яхонт – рубин или сапфир, лал – благородная шпинель). Самым дорогим был жемчуг гурмыцкий (гурмышский) или бурмицкий, который привозили из Ормуза или Гурмыза, за ним шел кафимский, из Кафы (Крым).
 Неоднократно упоминаются в документах XVII века аламы, предположительно нагрудные украшения. В 1681 году с шубы царицы Агафьи Семеновны после ее смерти были сняты и переданы в Серебряную палату «сорок шесть серебряных, золоченых, чеканных аламов весом 12 фунтов 83 золотника» (больше 5 кг). Не дошли до нас и так называемые ожерелья – стоячие или лежачие воротники, пристегивавшиеся к женской или мужской одежде и расшитые самоцветами. Подробное описание ожерелья сохранилось в описи царицыной Мастерской палаты, составленной в первой трети XVII века: «ожерелье по цепке серебреной золоченой низано жемчугом рогатым большим. В ожерелье меж жемчугу 20 изумрудов в золотых гнездах: у ожерелья шесть пуговиц, зерна гурмыцкия большия, на золотых спнях. У пуговиц в закрепках три яхонты лазоревы, да три лала в золотых ногтях. Подложено тафтою алою».
Украшением самых парадных одежд служило так называемое кружево, прикреплявшееся на различные части одежды и представлявшее из себя полосы, составленные из прямоугольных ажурных золотых или серебряных пластинок-запон с эмалью и драгоценными камнями. «Кружево» работы греческих мастеров привозили из Константинополя, а в последней четверти XVII века оно было уже не только привозным, но и выполнялось в художественных мастерских Московского Кремля.
 Как известно, до начала восемнадцатого века в России не добывались драгоценные камни, поэтому абсолютно все
 украшения изготавливались из привозных камней, купленных казной или привезенных в качестве подарков иностранцами. Огранки мастера не знали, самоцветы обрабатывались в форме кабошонов и закреплялись в оправу наглухо. Обычно царь сам указывал, какие камни брать и для каких изделий, все взятое записывалось в расходные книги камней, а выполнялись украшения в Кремлевских мастерских. К сожалению, драгоценностей той эпохи до нас дошло немного, и судить о том, какие конкретно украшения кому из цариц принадлежали, мы можем лишь по документам и описям того времени.
Наряд цариц допетровской эпохи имел канонический облик, доставшийся в наследство от Византии, и драгоценности цариц носили иногда религиозный смысл, отражая дух эпохи и государства, в котором государственная власть и Церковь были едины. Ожерелья и рясы-подвески женщин ничем не отличались от таких же украшений на иконах Богоматери, а одежда и блеск драгоценных камней были призваны скрыть изгибы тела и умиротворить благолепием.
Коренной переворот в представлениях о том, как должна выглядеть царствующая особа и ее драгоценности, произошел в России в начале XVIII столетия, когда в 1700 году указом Петра I было предписано носить платье по западному образцу. За какие-то двадцать пять лет такой костюм и вся сопутствующая атрибутика полностью укоренились не только при дворе, но и в дворянских кругах. Практически до самого конца XVIII века дамы носили декольтированный корсет по фигуре и пышную юбку, а драгоценности стали даже более разнообразными. В России появилось такое явление, как мода, в том числе и на украшения. Мониста, рясы, запястья, «кружево» уступили место брошам, ожерельям, браслетам, диадемам, поясам, пряжкам-аграфам, булавкам для причесок и платья, эгретам (украшения для шляп), фероньеркам (головное украшение с камнем посередине), веерам и прочим драгоценностям. У многих из них существовало несколько разновидностей, например, были ожерелья из жемчуга, из камней в оправах (колье, ривьера), фермуар (драгоценная застежка колье, носимая наоборот). Выписанные из Европы мастера-ювелиры и гранильщики показали камни в новом свете, и сами драгоценности изменились окончательно и бесповоротно.
 Коронные драгоценности, которые принадлежали государству по указу Петра I, также изменились. Короны изготавливались по западному образцу, и будущие теперь уже императрицы надевали их по случаю венчания на царство. Первая такого рода корона – корона Екатерины I. Однако все камни впоследствии были с нее сняты: часть пошла на корону императрицы Анны Иоанновны, изготовленную Готлибом В. Дункелем. Две с половиной тысячи драгоценных камней украшает ее, а наверху закреплен огромный турмалин весом более 100 карат. Считается, что этот камень был куплен в Пекине русским послом и подарен затем Александром Меньшиковым Екатерине I. Такова судьба многих царских украшений: их разбирали, переделывали, «пускали в дело» золото и камни, когда в казне не было денег, и порой некоторые самоцветы кочевали из одного ювелирного изделия в другое.
Самую известную – большую императорскую корону – создал Иеремия Позье в 1762 году для коронации Екатерины
 II.
 Это произведение искусства усыпано бриллиантами, выложенными в виде лавровых ветвей. бриллианты навсегда завоевали любовь императорского дома и прочно обосновались в моде XVIII и XIX веков, но и такие камни, как халцедон, сердолик, моховик, гранат, коралл, топаз, оникс, аквамарин, горный хрусталь все чаще встречаются в украшениях благодаря развивающемуся горному делу и построенным гранильным заводам, а также в ответ на переменчивую моду. Известно, что большой любительницей аквамаринов была жена императора Павла I, императрица Мария Федоровна. Однажды она упросила мужа купить потрясающие аквамарины, ограненные в форме колосьев, оставив царскую казну на грани разорения. Фельдмаршал Миних в своих записках, рассказывая о временах правления императрицы Анны Иоанновны, упоминает, что ни у одной королевы в Европе не было бриллиантов в таком изобилии, как у герцогини Курляндской. Елизавета Петровна питала страсть к табакеркам, несессерам и часам. Однако не все императрицы легкомысленно относились к огромным тратам, как, к примеру, Анна Иоанновна, тратившая миллионы на украшения для себя и семьи Биронов. Императрица Екатерина II очень любила всякие драгоценности, особенно бриллианты и цветные камни, и хотя она с удовольствием играла на них в карты, но и не забывала пополнять «рентерею» – государственное хранилище ценностей, учрежденное Петром I, который сам привозил лучшие ювелирные произведения из Европы. Кстати, бриллиантовые гирлянды, украшающие державу Екатерины, взяты были прямо с ее платья, к которому они крепились серебряными петельками. Так получилось потому, что в спешке подготовки к коронации про державу забыли, и пришлось срочно изготовить ее в течение двух недель. Венчает державу оправленный алмазами сапфир массой 200 карат, на вершине которого укреплен бриллиантовый крест.
С началом XIX века в Европе распространен стиль ампир, который принес в моду строгость и монументальность. Особенно популярны стали камеи: резные изображения на слоистых камнях. Увлечение ими было повальным, они стали самодостаточным украшением, потеснив на время бриллианты. Императрица Екатерина II обладала обширной коллекцией камей, а также китайских шпилек с бриллиантами и украшений из ткани. Камея, хранящаяся в Государственном хранилище ценностей России и изображающая голову Афины Паллады с оливковой ветвью на шлеме и головой медузы Горгоны на щите, предположительно была преподнесена среди других драгоценностей третьей дочери императора Павла I в 1804 году в день ее бракосочетания с наследным веймарским принцем Карлом-Фридрихом. Украшенная крупными бриллиантами чистой воды,
 камея как бы намекала на незаурядные качества своей владелицы, которую современники считали "одной из лучших и наиболее выдающихся женщин своего времени". Страстной почитательницей изумрудов была сестра последней русской царицы – великая княгиня Елизавета Федоровна. Ее современники отмечали, что на балах она часто появлялась в изумрудах.
Драгоценности русских цариц – это часть истории, все они приобретали статус государственной собственности, едва только появлялись на свет, несмотря на то, что многие из них были подарками по случаю именин, юбилеев, Рождества,
 Пасхи или рождения детей. Император Николай II дарил своей жене, императрице Александре Федоровне, множество бесценных украшений, большинство из которых, к сожалению, сгинуло в водовороте исторических событий начала 20 века. В 1894 году, будучи еще женихом, Николай преподнес любимой перстень с розовой жемчужиной, ожерелье из крупного розового жемчуга, цепочку-браслет с большим изумрудом и брошь, украшенную сапфирами и алмазами. По прибытии в Россию его родители сделали будущей невестке поистине царский подарок – жемчужное колье из 280 белоснежных, идеально подобранных зерен величиной с виноградину, длиной около 2х метров. Во время бракосочетания на Александре был еще один подарок – бриллиантовая диадема и такое же ожерелье. В том же году она получила роскошную рубиновую парюру (парюра – набор украшений в одном стиле), а в следующем – парюру из сапфиров, диадему и брошь из бриллиантов с бирюзой. Ее мать, Мария Федоровна, в эмиграции носила только бриллиантовую брошь, подаренную супругом. Ей удалось спасти от национализации и последующей распродажи новой властью только одну шкатулку со своими драгоценностями. Великой княгине Ксении Александровне, ее дочери, удалось вывезти из России большую часть своих сокровищ. В коллекцию входили ее знаменитые черные жемчужины, однако, судя по словам Ольги Александровны, ее сестра лишилась почти всего, доверив продажу этих бесценных сокровищ посторонним лицам.В 1903 году в Зимнем дворце состоялся знаменитый «Русский бал», последнее в истории событие такого размаха. Хозяева бала и гости были одеты в костюмы конца XVII века. Император и его супруга предстали в нарядах Алексея Михайловича и его первой жены Марии Милославской. Драгоценности к костюму императрицы были спешно изготовлены фирмой Карла Фаберже, который использовал для их создания старинные камни из кладовой Кабинета Его Императорского Величества. Поверх барм-оплечий царицы, расшитых изумрудами и бриллиантами и украшенных бахромой из жемчужин и изумрудных панделоков (подвесков удлиненной формы), было прикреплено мягкой серебряной проволокой роскошное колье из жемчугов, бриллиантов и изумрудов. Застежка на костюме представляла собой огромный изумруд величиной с ладонь в бриллиантовой оправе. Корону украшали рясы (рясны) из жемчуга и бриллиантов. До наших дней дожили лишь застежка (знаменитый изумруд в 250 карат из алмазного фонда России, окаймленный 54 круглыми бриллиантами в ажурной оправе из золота и серебра), рясны (две нити из жемчужин и ромбовидных звеньев с алмазными розами, которые заканчивались бриллиантовыми кистями), а также набор перламутровых вставок и запон в бриллиантовых оправах, украшавших платье императрицы. Вот и все, что осталось от драгоценностей последних русских императриц. Кто смотрит теперь на эти камни, на эту вечную ослепительную красоту, которая переживет нас всех? Кто знает, может, они еще вернутся в Россию… А пока с картин и фотографий смотрят русские царицы, российские императрицы – женщины, которые любили и лелеяли свои украшения, носили их с блеском и грацией, и в этом так похожие на современных дам. |
ОТПРАВИТЬ ССЫЛКУ ДРУГУ
