 «Сердолик (от древнерусского «обликом как сердце») – собирательное название халцедонов (скрытокристаллической разновидности двуокиси кремния), природно окрашенных гидроокислами и окислами железа в теплые каштановые, коричнево-красные (сардер), красные, оранжево-красные (карнеол), оранжево-желтые и желтые (линкурий) оттенки».
Михаил Лейкум, «Сердолик – камень поэтов и влюбленных».
Утро 24 августа 79 года в Помпеях было солнечным и, в общем-то, похожим на все остальные, которые Марк Сергиус провел в этом прекрасном городе. На это утро Марк запланировал отъезд домой, в Рим. С Поппеями – хозяевами дома, где он гостил и куда привез столичные новости, он был знаком еще со времен Нерона, когда несчастная Сабина Поппея вышла за императора замуж. Он несколько раз ездил с поручениями к ее родственникам сюда, в Помпеи, и каждый раз отдыхал и душой, и телом. Это были странные времена, и о них Марку напоминало золотое кольцо с печаткой-инталией из сердолика. На огненно-красном камне были вырезаны фигуры двух распряженных лошадей, которых возница  привел на водопой. Сабина однажды отдала это кольцо Марку на память в благодарность за сочувствие, которое он невольно выказал. Такие сердоликовые печатки были здесь у многих, их делал местный ювелир. Говорят, этот камень защищает от землетрясений. Марк снял кольцо и посмотрел камень на просвет. Сердолик вспыхнул ярким пламенем, напомнив о Великом римском пожаре, произошедшем таким же жарким летом 64 года. Марк вздрогнул и отложил кольцо. Теперь и ее нет на этом свете. Задумавшись, он встал и прошелся по комнате, а затем вышел во внутренний двор. Оказалось, что все собираются в летнем триклинии на легкий завтрак, и римский гость решил присоединиться к трапезе. А в пустой комнате осталось лежать на столе кольцо, бросавшее на его поверхность огненные отблески. Через несколько часов оно будет погребено под слоем пепла и лавы Везувия. Через две тысячи лет оно снова вспыхнет ярким огнем, пропуская через себя живительный солнечный свет.
Царица шумерского города Ура Шубад носила столько украшений, что ее одежду трудно было разглядеть под слоем драгоценных бус с яркими сердоликами и лазуритами. Царица была не очень красива и уже не очень молода, но она обожала бусы, камушки которых  перестукивались при ходьбе, и золотые подвески в форме листьев, звон которых сопровождал каждое ее движение. Муж Шубад, царь Абарги, умер, и царице казалось, что она покинута на земле. Царица сообщила придворным и жрецам, что уходит вслед за мужем. Она надела все свои украшения и огромный головной убор, увешанный золотыми подвесками и самоцветными бусинами. Перебирая рукой красные сердоликовые бусы, озарявшие ее лицо нежно-розовым светом, отчего она казалась моложе, Шубад отстраненно смотрела на тяжелый золотой кубок с сонным зельем. «Я спускаюсь к тебе, как Иштар к Таммузу. В день, когда Таммуз поднимается, вместе с ним, воскресая, звучат лазуритовые флейты и кольца сердолика», - шептала она слова из поэмы, которую часто читала в храме. «Кольца сердолика…» Шубад уснула. Пять тысяч лет проспали ее сердолики в гробнице вместе с хозяйкой, пока вновь не почувствовали тепло человеческих рук.
Не так долго пришлось ждать сердоликовым амулетам молодого египетского фараона Тутанхамона – около трех с половиной тысяч лет. Египтяне считали, что амулеты из сердолика защищают души умерших от любого зла. В «Книге мертвых» есть «Глава о пряжке сердолика, помещаемого на шею умершему», которая начинается словами «Кровь Изиды, добродетель Изиды, магическая сила Изиды, магическая сила Глаза, охраняющего этого Великого (имя умершего) – они отвратят любое зло, грозящее ему». Только правильным образом подготовленный сердолик считался действенным амулетом, а именно - нужно было вымочить камень в особой воде, высушить на доске из сикомора (белого клена) и только потом положить на тело покойного; после таких манипуляций с сердоликовым амулетом богиня Изида должна была даровать ему персональную защиту от зла в загробной жизни. Подобные амулеты были у Тутанхамона: подвески в виде сердца, а на пекторали (большой подвеске) Тутанхамона скарабей держит в лапках солнечный диск из сердолика (и у изображения бога солнца Ра в виде сокола на голове - такой же сердоликовый диск Солнца).
Но и живые египтяне носили украшения из сердолика, в основном, бусы, браслеты, а также использовали этот самоцвет вместе с другими для создания полихромных мозаик – излюбленной техники древних мастеров Египта. Считалось, что сердолик приносит благосостояние, удачу в делах, а лечебным свойствам этого камня (и других самоцветов) была отведена целая глава в «Папирусе Эберса» («Книге для приготовления лекарств для всех частей человеческого тела»), написанной за полторы тысячи лет до нашей эры. Вообще, сердолик в качестве лечебного камня упоминается в огромном количестве древней литературы, пожалуй, больше, чем какие-либо другие камни. О нем писали авторы от Китая и Индии до Европы, а самые древние описания содержатся в труде ученика Аристотеля Тиртамоса из Эреза (Теофраста) (IV век до н.э.) и в многотомной «Естественной истории» Плиния Старшего, вышедшей в 77 году н.э. Особенно много писал о сердоликовой магии персидский автор XIV века Хамдулла Казвинский: «Носимый в подвешенном виде (т. е. как ожерелье, четки, печать на шнурке или как бусы) сердолик успокаивает сильный гнев, а в сражении сообщает ужас врагу». В русский «Азбуковник» сердолик тоже попал: «Сердолик красен аки кровь, прозрачен..., изображает пламень веры».
Пламень – это слово чаще всего сопровождает описания сердолика, что сказалось и на представлениях о нем. Многие поэты, пораженные пламенной красотой сердолика, посвящали ему стихи.
Ты открылся, Сезам,
Распахнулся, как крик –
У меня задрожала ладонь:
Я не верю глазам,
Я нашел сердолик,
Я смотрю на прозрачный огонь.
В нем читается вновь
Сквозь молочную муть,
Где прожилки и пятна внутри,
Чей-то пламенный путь,
Чья-то жаркая кровь,
Словно отблеск застывшей зари...
Л. Кондрашенко.
В этих строках описан красный сердолик с прожилками и пятнами. Однако было бы неправильно говорить, что цвет сердолика – только красный, огненный. Бывают сердолики и желтые, и оранжевые, и желто-коричневые, и красновато-розовые, и с нежными полосками. В коротком стихотворении Энн Пиджен упомянуто сразу несколько оттенков цвета сердолика:
Фламинго цвет и солнца пламень,
И пурпура античный вскрик.
Таинственно-волшебный камень,
С названьем нежным – сердолик!
Именно цвет этого камня прочно ассоциировался у людей с разными религиозными воззрениями, например, уже упомянутый «Азбуковник» приписывает сердолику символику пламени веры. Кроме того, каждому из апостолов посвящен какой-либо камень, и сердолик отдан святому Варфоломею, который, прежде, чем уверовать, пролил много крови невинных людей. Карнеол (как и английское carnelian) – от латинского carnis – мясо. В дохристианские времена сердолик тоже связывался с кровью: на нем часто вырезали сцены, связанные с жертвоприношениями и страшным божественным наказанием, такие, как римский сюжет о Марсии, вздумавшем тягаться в искусстве игры на флейте с Аполлоном. Разгневанный бог, победив в состязании, содрал кожу с несчастного Марсия. Известно, что в Мекке до прихода пророка Мухаммеда стояло изображение языческого бога Хубала, вырезанное из цельного куска сердолика. Захватив Мекку, пророк приказал разбить идола, так как ислам отвергает изображения людей и богов.
Полупрозрачный, словно светящийся изнутри собственным огнем, сердолик всегда притягивал внимание людей, которые до сих пор относятся к нему как к символу любви, поэтическому признанию. Начало XX века, известное в российской поэзии как Серебряный век, оставило  нам в наследство шедевры поэтического творчества, в котором ясно прослеживается сердоликовый след. Значительную роль в этом сыграл поэт Максимилиан Волошин, живший в Сердоликовой бухте, в крымском городе Коктебеле. До сих пор, побродив по берегу коктебельских пляжей, можно найти окатанные халцедоны, среди которых встречается и сердолик. В гостях у Волошина побывали без преувеличения все известные нам поэты и писатели того времени: Михаил Булгаков, Андрей Белый, Осип Мандельштам, Илья Эренбург, Валерий Брюсов, Алексей Толстой, Александр Грин, Николай Гумилев, Владислав Ходасевич, Сергей Королев, Марина Цветаева и многие другие. Все они «переболели» удивительной «каменной болезнью», а для некоторых из них, как для Марины Цветаевой, сердолик стал личным символом любви на всю жизнь.
Символом любви сердолик стал и для А. С. Пушкина. Из семи известных нам перстней поэта два было с сердоликом. Одному из них, подаренному графиней Е. К. Воронцовой, поэт даже посвятил всем известные строки стихотворения «Талисман».
...Милый друг! От преступленья,
От сердечных новых ран,
От измены, от забвенья,
Сохранит мой талисман!
В этот золотой перстень-печатку витой формы был вставлен восьмиугольный сердолик с восточной надписью. Точно такой же был и у графини. Ими А. Пушкин и Е. Воронцова запечатывали свои письма друг к другу. Для поэта загадочная надпись была неким волшебным заклятием, он наделял свой перстень поистине магической силой. К великому сожалению, он был украден из Пушкинского музея весной 1917 года. Но в музее остались оттиски перстня на сургуче, да и сам поэт оставил на черновике стихотворения несколько оттисков. На сердолике довольно грубо вырезана древнееврейская надпись, оформленная сверху и снизу орнаментом: «Симха, сын почтенного рабби Иосифа, да будет благословенна его память». Талисман оказался поминальным кольцом; такие по традиции принято было делать у караимов  (крымских евреев), и они продавались на базарах Бахчисарая вплоть до 30-х годов XX века. Камень, скорее всего, коктебельский, и надпись тоже сделана в Крыму. Но даже такое прозаическое «разоблачение» талисмана не гасит очарование «таинственно-волшебного камня», не уменьшает его значение для А. Пушкина и его почитателей, среди которых был и С. Есенин, носивший кольцо с сердоликом «по-пушкински» - на большом пальце.
Сердолик считается камнем поэтов, и эту закономерность подтверждает сердоликовый перстень-талисман Джорджа Байрона, английского поэта конца XVIII – начала XIX века. По легенде, перстень подарила поэту цыганка Хатадже, однако современники свидетельствуют, что перстень был подарен Байрону его другом Эдльстоном, которому поэт спас жизнь, когда тот едва не утонул. Байрон очень дорожил своим перстнем и посвятил ему стихотворение «Сердолик»:
Не блеском мил мне сердолик!
Один лишь раз сверкал он, ярок.
И рдеет скромно, словно лик
Того, кто мне вручил подарок…
(Перевод В. Брюсова).
Не только поэты и цари, но многие известные люди любили и носили сердолик. Золотое кольцо аугсбургской работы с маленькой сердоликовой печаткой, хранящееся в Дрезденском музее «Зеленые своды», принадлежало Мартину Лютеру, апологету протестантства. Оно датируется примерно 1530 годом. Император Наполеон III носил на цепочке часов сердоликовую печатку-брелок. Печать из сердолика была и у последнего украинского гетмана Кирилла Разумовского. Популярность сердолика в качестве печати была связана с тем, что к нему не прилипает воск и сургуч. Кинорежиссер Сергей Параджанов, обладатель «Оскара», сам делал себе перстни с сердоликом. Даже пророк Мухаммед был обладателем сердоликового перстня – традиционного предмета для мусульман, которые считали, что все желания человека, носящего сердолик, исполняются по воле Аллаха. Сотни лет мусульманские резчики вырезают на перстнях имена владельцев, молитвы и фразы из Корана. Для этого требовалось особое умение, ведь этот самоцвет обладает высокой твердостью, но это свойство делает сердолик еще ценнее, как заметил Теофиль Готье: 
Да, тем творение прекрасней,
Чем взятый нами матерьял
Нам не подвластней:
Стих, мрамор, сердолик, металл.
(Перевод В. Брюсова).
Сердоликовые миры охватывают огромные площади в земном пространстве и времени. Это миры древних шумер и египтян, восточных империй и азиатских государств. Это миры влюбленных и поэтов, мужчин и женщин, романтиков, ученых и политиков, людей веры в бога и просто веры в жизнь, такую же чистую и яркую, как сердолик. |
ОТПРАВИТЬ ССЫЛКУ ДРУГУ
